?

Log in

Мой прадед Николай Александрович, скрываясь от репрессий, уехал после революции из советской России. Будучи китаистом он решил переждать смутное время в Китае, в Харбине. От туда до его семьи, оставшейся в СССР, ещё какое-то время доходили весточки и передачи, но потом границы закрыли на замок и связь оборвалась. В 20 - 30-е годы Харбин был видимо единственным русским городом, продолжавшем дореволюционную российскую жизнь. Там был университет, гимназии, реальные училища, опера и оперетта, спортивные секции, балетные школы, общественные библиотеки и детские сады. Были и поэтические кружки и объединения. Вот стихи харбинской поэтессы Ларисы Андерсен:

Я думала, Россия — это книжки.
Все то, что мы учили наизусть.
А также борщ, блины, пирог, коврижки
И тихих песен ласковая грусть.
И купола. И темные иконы.
И светлой Пасхи колокольный звон.
И эти потускневшие погоны,
Что мой отец припрятал у икон.
Все дальше в быль, в туман со стариками.
Под стук часов и траурных колес.
Россия — вздох. Россия — в горле камень.
Россия — горечь безутешных слез.

Потом к власти пришёл Мао и последний остров российской жизни утонул в океане истории.
Где-то с последнего кровавого Майдана моя политическая спячка прервалась и я стала регулярно читать и слушать передачи о политике. Сейчас хочется написать о предвыборной гонке в Германии и Мартине Шульце. Не знаю, слышали ли вы в России о таком немецком политике. Он сейчас стал кандидатом в канцлеры от социал-демократической партии Германии.


Читать дальше...Collapse )Меркелевская партия христианских демократов ХДС, стоящая у власти с 2005 года на самом деле никогда не набирала большинства голосов и вынуждена была создавать коалиции с другими партиями. Социал-демократы уже давненько вместе с христианскими демократами правят Германией, но курс определяет всё же Меркель. В результате СДПГ и ХДС/ХСС так срослись, что народ уже не вполне понимает в чём между ними разница. Зато в нерушимом союзе ХДС/ХСС наметились серьёзнве разногласия между Меркель и Зеехофером (последний был против неограниченного потока беженцев в Германию и за сохранение торговых отношений с Россией: ездил к диктатору Путину после объявления санкций), что сильно подмочило их репутацию. Короче, приближаются выборы. Меркель и ХСС хотят остаться у власти. Зеехофер принародно замирился с Ангелой. Но народ в Германии недоволен наплывом беженцев и им надоели одни и те же лица во власти. Несмотря на экономическое благоденствие большинство голосов ХДС/ХСС не обеспечено. Надо что-то обновлять, иначе можно проиграть выборы. Обновлять решили старую беззубую социал-демократию. В один день глава СДПГ и дружок Меркель господин Габриэль освобождает место председателя партии некому Мартину Шульцу. (За это толстый Габриэль получает портфель министра иностранных дел). Нездорово амбициозный пустослов Шульц начинает яростную предвыборную компанию и оторопевшие после многолетнего болота социал-демократы принимают его на "ура". СМИ каждый день докладывают о "чуде" Шульца, о его харизматичности и единогласной поддержке однопартийцев. Политически активные граждане валом валят записываться в СДПГ с "новым лицом". Энтузиазм народа, уставшего от внутрипартийных интриг, превосходит все ожидания. Шульц неожиданно становится угрозой для самой Меркель.

Когда наверху почувствовали, что Шульца уж слишком залюбили массы, воду решили остудить. "Неожиданно" появились репортажи разоблачающие Шульца: он де призывает бороться с офф-шорами, а сам защищал налоговыйо оазис в Люксембурге в обмен на личные услуги известного люксембургского политика Юнкера и т.п. Народная любовь и нелюбовь к политикам (и историческим фигурам) чётко контролируется сверху. Шульц будет вести себя аутентично, не по нарошку стремясь к власти. Но имея рыльце в пушку, бессмысленную программу, а в основном из-за ничтожного влияния на масс медиа его социал-демократическая партия никак не наберёт на выборах большинства. Ей отведена роль магнита, оттягивающего народ от других действительно альтернативных, но зачастую экстремистских партий. Если СДПГ наберёт много голосов на выборах, то получит несколько порфелей в правительстве, если поменьше - будет работать в конструктивной оппозиции. Но лаг колебания народной поддержки определён заранее власть придержащими.

Мне, лично, Шульц противен. Меркель - кажется выдохшейся. Наиболее симпатичен мне Зеехофер, то он баварец, а баварец ещё никогда не был канцлером в Берлине. В Германии царят старые, но крепкие, границы зон влияния. Они, по-моему, непоколебимы, во всяком случае пока не выросли новые отрасли промышленности, с новыми денежными мешками, имеющими иные корни и зоны влияния.

Разная безграмотность

В классе у меня есть несколько учеников, которые не умеют ни читать, ни писать на своём родном языке. Теперь же они должны учиться немецкой грамоте. Это, конечно, не просто ни для них, ни для меня. Многие из них воспринимают учёбу как каторгу, но некоторые (редкие) приходят на каждый урок как на праздник. Один из таких как-то мне сказал: "Я всегда хотел в школу, но должен был работать. А теперь сбылась моя мечта." Успехи у этого ученика неплохие и он лишь немного отстаёт от тех, что были у себя дома учителями или судьями.

Достижения интеграции

Вчера поздоровался со мной мой старый ученик, вышедший на перемену из другого класса. Около года назад сидел он у меня в нулевой группе, точнее присутствовал иногда, т.к. каждое второе занятие прогуливал. Запомнился он мне тем, что был вечно всем недоволен и часто вонял (некоторые сирийцы-иракцы не имеют привычки мыться). И что же? Он опять в нулевой группе, но улыбался и плохо не пах.
Во время медитации я соединяю вместе моё тело, душу и дух. Каждый из этих элементов существует и каждый из них в отдельности – это я. Мне нужно прочувствовавать каждый элемент в отдельности и все их вместе, непосредственно ощутить их существование как можно дольше, а затем очистить от них своё сознание. Сохранив острое внимание в медитативном пространстве, очищенном от своих мыслей и ощущений, я должен спокойно и молчаливо ждать, не пытаясь увидеть, услышать или понять. Как сказано в Дао дэ цзин («Книга пути и достоинства» гл. 15):
Есть ли у вас терпение ждать,
Пока осядет ваша муть и вода очистится?
Можете ли вы оставаться неподвижным,
Пока само собой не придет верное действие?
Мастер не стремится к осуществлению.
Не ища и не надеясь,
Он присутствует и может приветствовать приход чего угодно.

Глубокий покой царит в моём теле и разуме. Я с признательностью ощущаю его и готов к приходу любого знания. Потом я медленно возвращаюсь опять к себе.

В медитации мы двигаемся между фокусированным и открытым вниманием. Мы концентрируем внимание на каждом слове выбранного к медитации текста и на каждом образе возникающем в нашем сознании. Мы пытаемся почувсвовать и понять взаимосвязи и взаимовлияния возникающих образов, осознанно погружаясь в поток своего сознания. Мы повтояем текст снова и снова и намеренно удерживаем возникшие образы перед своим мысленным взором. Наша цель – максимально интенсифицировать свой мысленный процесс и обострить самоощущение, сконцентрировавшись на предмете медитации. Затем мы освобождаем от него своё сознание. Объект медитации исчезает. Наше внимание становится открытым. В нас воцаряется полный покой. Если в осовободившемся внутреннем пространстве мы ощущаем присутствие, точнее скромные отблески присутствия, чего-то иного мы благодарно приветствуем его, не пытаясь приблизиться или постичь.

Я назвал бы такую медитацию «дышашим» вниманием: от фиксирования на объекте медитации к открытому сознанию. Вдыхая не воздух, а «внутренний свет разума» мы можем почувствовать расширение сознания, обединение себя с внешним миром и внутреннюю силу. В результате удавшейся медитации эго человека и его социальное существо уступают место вселенским потокам энергии. Вот как описал подобное состояние Ральф Уолдо Эмерсон «...голову мне овевает бодрящий воздух, она поднята высоко в бесконечное пространство – и всё низкое себялюбие исчезает. Я становлюсь прозрачным глазным яблоком; я делаюсь ничем; я вижу всё; токи Вселенского бытия проходят сквозь меня; я часть Бога или его частица.» (Р.Эмерсон «Природа 1836»)
Без первоначального внутреннего умиротворения и обращения внутрь себя всякая медитация будет вести лишь к иллюзиям и обольщениям. Однако, в центре медитации всё же находятся не наши личные проблемы и печали, а общие универсальные истины о мире и человеке. Во время медитации мы должны преступить пределы своей личности и стремиться познать нравственные и духовные законы, которые лежат в основе мира. Только пройдя через врата смирения мы оказываемся на пути благоговения, идя по которому, мы можем шаг за шагом включиться в процесс созерцания, затем, по высшей милости, углубиться до созерцательного познания и, наконец, прийти к созерцательному прозрению.

В своей объективности медитация должна соответствовать современной науке, которая окрывает законы физического мира. Методы медитации и науки, конечно, координально отличаются. В целях достижения объективности наука провозглашает отделение личности учёного от объекта его исследования. Медитация же стремится достичь объективности прямо противоположным путём: она приходит к объективному знанию через максимизацию самопознания и самоконтроля исследователя.

После того как мы произвели «уборку" сознания, освободившись от эмоциональной нестабильности и рассеянности, мы переводим внимание на предметы, которые находятся вне нашей персоны. На этом этапе в качестве объекта медитации можно выбрать слово, образ или чувство. Например, возьмём в качестве объекта медитации высказывание Фалеса Милетского, которое, по преданию, было выбито над входом дельфийского храма: «Человек, познай себя!». Вначале его нужно многократно сказать про себя, затем максимально сконцентрировать внимание на каждом из слов в отдельности. Постарайтесь мысленно перенести источник голоса, произносящего слова, из себя во вне, так, чтобы эти слова приходили к вам как бы с небес или из-за горизонта. Теперь от слов надо перейти к образу, а от него к идеальной концепции и обратно. Объект медитации должен уподобится для вас теперь некой бесконечно далёкой путеводной звезде на небосклоне. Во время медитации мы должны стараться сами инициировать каждую свою мысль и улавливать весь спектр чувств, возникающих от каждой из них.

И «человек» и «познай» и «себя» понятия многоуровневые, практически бесконечно глубокие. Слово «человек» обращает нас прежде всего к нашей физической плоти. Мыможем мысленно поисследовать свои руки и ноги, грудь, прислушатся к своему дыханию и сердцебиению, затем охватить мысленным взором твёрдую круглую голову, которая спокойно покоится на плечах. А где же прячется воля, которая движет наше тело? И насколько нашими являются наши эмоции? Обычно мы их только частично осознаём и мало контролируем. А разум? Разве он является неотъемлемой частью только какого-то конкретного человека? Наш разум соединяет нас с другими людьми, которые имеют подобную нашей способность к мышлению. Вместе общаемся, спорим и рассуждаем, участвуя таким образом все вместе в универсальном потоке человеческой мысли.

Также как голова, грудь и конечности составляют единое человеческое тело, так тело, чувства и разум – составляют естественное единство человеческой природы. Люди, добившиеся во время медитации концентрации сознания, однако замечают, что все их мысли, чувства и намерения как бы пронизаны, или точнее оживлены, ихним трудноуловимым и молчаливым в суете "другим я". Это "я" превосходит границы их тела, ума и эмоций, но в некотором смыле является наиболее важной и универсальной составляющей человека. Остаётся не вполне понятным, является ли это «высшее я» частью каждого чаловека, или каждый человек - частью его. В любом случае без этого элемента, как писал Генри Торо, мы бы никогда не пробудились ни к поэзии, ни к духовной жизни.
У каждого человека есть два «я»: «социальное» - определяемое через наши многочисленные контакты с другими людьми и глубокое «молчаливое я», которое проявляется лишь в редкие минуты особого проникновения. Регулярное возделывание души приводит к оживлению этого внутреннего я, которое мы обычно не замечаем или которым пренебрегаем.
Read more...Collapse )
Испанский поэт Хуан Рамон Хименес (1881-1958) затронул эту великую тайну человеческой индивидуальности в своём стихотворении "Я - это иной". Хименес не смог конечно же в нескольких строчках раскрыть загадку второго я, но точно передал знакомое многим ощущение (на испанском: https://www.youtube.com/watch?v=_HNxQqkqR5s).:

Я - это кто-то иной,
с кем иду и кого я не вижу
и порой почти различаю,
а порой совсем забываю.
Кто смолкает, когда суесловлю,
кто прощает, когда ненавижу,
кто ступает, когда отступаюсь,
и кто устоит, когда я умру.
(перевод А. Гелескула)

Если мы вошли во врата смирения и вышли на путь благоговения, а также смогли усмирить наш суетливый разум и обострить внимание, то этим мы заставили замолчать наше суетливое "социальное я". В освободившемся внутреннем пространстве появится место для «иного я», того, что продолжит жить после нашей смерти. «Внутреннее я» независимо от внешних аспектов личности (тела, пола, социального положения и профессии). В индуизме и буддизме оно называется Атман, в христианстве, согласно апостолу Павлу "не я" - это «Христос внутри меня».

Всё что осталось нам от великого персидского поэта Джалаладдина Руми (1207-1273) появилось в результате рождения его внутреннего молчаливого я. Опираясь на него Руми преодолел горе вызванное смертью своего любимого друга и учителя Шамсы Тебризи. Он почувствовал, что встреча с Шамси, как и его уход, были посланы в его земную жизнь извне. Поэма Руми «Гостевой дом» помогает нам понять путь поэта к преодолению печали:

Человек — гостевой дом.
Каждое утро новые гости.
Веселье, уныние, подлость, иногда понимание
Заглянет как нежданный гость.
Приветствуй и угощай их всех!
Даже если гости – многие муки,
Которые яростно сметут всю мебель в твоем доме,
Все равно оказывай каждому честь.
Может быть, он очистит тебя для новой радости.
Темная мысль, стыд, злоба —
Встречай их у порога, смеясь, и приглашай войти.
Будь благодарен, кто бы ни пришел,
Ведь каждый был послан как наставник свыше.
(перевод Д. Щедровицкого?)

Опираясь на собственный опыт я могу констатировать, что когда мы практикуем «упражнение Мартина Лютера Кинга» во время медитаций, мы ищем свобождённый от деструктивных эмоций путь к своему высшему «молчаливому я». В случае бурных конфликтов или трагедий наши слова и действия продолжают питаться из источника, который не был открыт нам прежде и мы интуитивно ищем примерения, а не победы. Часто люди, столкнувшиеся с нами тогда,
когда наши сердца открыты милосердию и пониманию, сами неожидано оказываются готовы к несвойственному им прежде великодушию.

В третьей главе я опишу целый ряд медитативных упражнений, ведущий к устранению внутренних конфликтов и достижению умиротворения. Цель их всех, однако, не в том, чтобы контролировать свои эмоции, а в том, чтобы действительно преобразить себя в милосердных и благородных людей. Такие изменения не происходят быстро. Люди выказывают удивительное сопротивление к внутреннему преобразованию. Если употребить метафору из области скульптуры, то можно сказать, что наши души одновременно являются и крепким камнем, и упорным резцом и умелыми руками художника.

В своей книге «Разум и материя» великий физик Эрвин Шрёдингер пишет: «Наша сознательная жизнь – я не хочу сказать должна быть – является, по сути, непрекращающейся борьбой с нашим примитивным эго... Сегодня мы развиваемся как вид и маршируем на передовой линии поколений. Таким образом, каждый день жизни человека представляет собой маленький кусочек эволюции нашего вида, которая до сих пор идёт полным ходом. Верно то, что один день жизни, нет, даже чья-то жизнь в целом есть не что иное, как один-единственный удар резца по скульптуре, работа над которой далека от завершения. Но и огромная эволюция имевшая место в прошлом, также была вызвана мириадами таких крохотных ударов... Сопротивление нашей примитивной воли – это психический коррелят сопротивления существующей формы преобразующему резцу. Ибо мы сами являемся резцом и статуей, победителями и побеждёнными в процессе непрерывного самопокорения.» (стр. 15
http://elar.urfu.ru/bitstream/10995/1742/1/1235979.pdf)

Если мы хотя бы отчасти продвинемся вперёд по пути самопокорения, мир вокруг нас тоже обязательно изменится. У нас появится терпение и мы будем способны правильно рассуждать, если мы будем утолять жажду из чудного источника "иного я". Не об этом ли говорится и в первом псалме Давида?

О благо тому,
кто совета с лукавыми не устроял,
на стезю грешных не вступал,
меж кощунниками не сидел;
но в законе Господнем — радость его,
слова закона в уме его день и ночь.
Он как дерево, что насаждено
у самого течения вод,
что в должное время принесет плоды
и не увянут листы его.

Устроится всякое дело его.
(перевод С.Аверинцева)
После того как в начале медитации вы вошли во врата смирения и нашли тропу благоговения, вызовите из своей памяти случай, родивший в вашей душе ненависть, зависть, вожделение или гнев. Только дав этим чувствам некоторую волю во время медитации мы сможем научиться подниматься над ними и их контролировать. Это упражнение направлено не на то, чтобы освободить нас от бурных, в том числе негативных, эмоций, а на то, чтобы помочь нам оставаться у руля во время бури.Read more...Collapse )

Вы можете найти правильную точку зрения на ситуацию, если посмотрите на неё не глазами жертвы, а глазами стороннего свидетеля. Поэтому я не советую выбирать для упражнений слишком свежие или особенно глубокие переживания. Постарайтесь, как это сделал Мартин Лютер Кинг, отделить себя от своих возмущённых чувств. Только поднявшись над разбушевавшимися эмоциями мы в состоянии распознать какие же чувства в действительности задействованы, распознать их истоки и предвидеть финал. Только так мы способны осознать, что наши негативные эмоции рождены целым потоком предыдущих событий, возможно не только этого дня, но всёй нашей жизни.

Не углубляйтесь в психоанализ, а просто констатируйте то, насколько сложна консталяция чувств. Причём не только ваших, но и ваших оппонентов. Не надо выяснять кто прав, кто виноват, но постарайтесь прочувствуйте комплексность ситуации. Только с этой позиции мы способны ответить любовью на ненависть.

Мы не упражняемся в невозмутимости для того, чтобы искуснее ответить ударом на удар, а для того чтобы развить способность к сочувствию и примирению. С этой новой точки зрения мы, возможно, сможем заметить мелочность нашей зависти или иллюзорность наших пожеланий. Это совсем не значит, что они пропадут! Ведь намного легче понять себя, чем исправить. Но эта точка зрения даёт нам возможность взглянуть на свои эмоции со стороны и таким образом сделать шаг к преодолению собственного эгоизма. Я для себя называю это упражнением Мартина Лютера Кинга, потому что он , хоть и не лишённый человеческих слабостей, старался говорить и действовать с позиции другого, высшего «я», находящегося вне себялюбивого эго.
(из книги Зайонца о медитации)
      Когда человек в первый раз пытается сконцентрировать внимание на работе своего собственного мозга, он осознаёт какой неугомонный хаос царит у него в голове: то вспоминается забытый пункт из сегодняшнего списка дел, то приходит на ум новый аргумент для своего недавнего спора с женой, то  внимание останавливается на пыли на оконной раме. Как неоткуда наплывают забытые эмоции или возникают идеи, рождённые странными ассоциациями. Вначале нам может быть покажется невозможным добиться контроля над этим своенравным потоком. Но что ожидать от медитации, когда ум не находится в состоянии спокойствия и ясности? Поэтому нашей первейшей задачей является достижение эмоционального и ментального покоя, или внутреннего благополучия.
Read more...Collapse )
    Существуют различные тахономии (методы систематизации) эмоций в западной и в восточной психологиях. Согласно буддисткой психологии у человека может быть 84 000 различных негативных чувств. Все эти 84 тысячи ведут своё начало из пяти коренных проблем: ненависть, желание, замешательство, гордость и зависть. В соответствии с другим полезным для наших целей подходом внутреннюю жизнь человека можно рассматривать как взаимодействие его разума, эмоций и воли. В третьей главе я предложу некоторые конкретные, основанные на предложениях Рудольфа Штайнера, медитативные упражнения, которые смягчают нарушения в каждой из этих областей.
    Обычно мы воспринимаем наши мысли и чувства изнутри себя. Мы идентифицируем себя с ними: мы – это они и они – это мы. Такое самоосознание обманчиво и является источником многочисленных препятствий и затруднений. Первейшее упражнение поэтому – отстраниться от своих эмоций и мыслей и научиться смотреть на себя со стороны. Обнаружение и достижение этой новой, более высокой точки зрения на свою внутреннюю жизнь – непростая задача. Но если, в результате медитативных упражнений, мы достигнем отстранённого взгляда на себя и эмоционального равновесия, то сможем взирать на самые возмутительные события жизни со спокойствием и мудростью.
    Здесь я хочу рассказать вам об одном эпизоде из жизни Мартина Лютера Кинга – американского борца за гражданские права. Мартин Лютер Кинг постоянно призывал к совершению ненасильственных действий, привлекающих внимание общественности к притеснению чёрнокожих американцев в США. За это на него без конца сыпались угрозы, некоторые из которых действительно вылились в насилие. В частности он пережил несколько покушений на свою жизнь и погиб от руки убийцы. Однажды, в то время как он читал проповедь в церкви, в его дом в Монтгомери в Алабаме был взорван. Веранда и передняя стена оказались разрушеными, но его жена и дочь были в задней части дома и остались невредимы. К моменту, когда Мартин Лютер Кинг прибыл на место, на его улице собралась огромная толпа разъярённых чернокожих соседей, готовых отомстить кому бы то ни было за произшедшее преступление. Полиция, испугавшись возможных рассовых беспорядков, попросила Кинга успокоить людей. Вот что он сказал:
     «Мы верим в закон и порядок. Никогда ничего не делайте в панике. Не беритесь за оружие. Тот кто живёт мечём, от меча и погибнет. Помните, что сказал Бог. Мы не поддерживаем насилие. Мы хотим любить наших врагов. Я хочу, чтобы вы полюбили своих врагов. Поступайте хорошо по отношению к ним. Любите их и пусть они узнают об этом. Я не призывал вас к бойкоту полиции. Вы попросили меня стать представителем ваших интересов. Но я хочу, чтобы вы знали: если меня остановят, то не остановят наше движение. Если меня убьют, то наша работа всё равно продолжится. Потому что то, что мы делаем, правильно. То, что мы делаем – справедливо. И с нами Бог.»
    Когда Мартин Кинг кончил свою речь, люди разошлись по домам со словами «Аминь» и «С нами Бог». У многих в глазах стояли слёзы. Конечно Кинг тоже почувствовал гнев, узнав о покушении на свою семью, но он оказался способен подняться над этим чувством и с этой высшей точки зрения обратиться к людям с просьбойё ответить любовью на ненависть.

РАЗВИТИЕ ДОБРОДЕТЕЛИ

Продолжаю записки по книге ARTHUR ZAJONC (2009) "Meditation as Contemplative Inquiry".

РАЗВИТИЕ ДОБРОДЕТЕЛИ

На Западе восточная школа медитации раньше других была оценена Моссадом, разведкой Израиля, по своему назначению и функциям сравнимой с американским ЦРУ. Применение Массадом методов самадхи для достижения спокойствия сознания, глубокой концентрации и снятия стресса однако не изменило смысла и целей этой организации. Ежедневные медитации, и даже достижение совершенных состояний внутреннего сосредоточения, не являются гарантом адекватных этических суждений или высоконравственной жизни практикующего.
Read more...Collapse )Тому огромное число свидетельств, как в древние, так и в наши времена.

Индийский мудрец Миларепа (1052 -1135) обладал сверхестественной самадхой, которую он вначале использовал для истребления своих обидчиков. Подавление собственного гнева нередко оказывается трудным даже для больших мастеров медитации. В последнее время были вскрыты финансовые или сексуальные злоупотребления, совершённые приверженцами практически всех религиозных конфессий. Опытные в медитации люди оказались не способны справиться со своими искушениями. Вывод таков: Не существует влияния медитативной практики на добродетельность практикуюшего. Для того чтобы медитативная практика стала положительным вкладом в развитие личности и общества она должна зиждется на независимом усилии личности к моральному совершенствованию.

В буддийской традиции шиль (
शील) считается краеугольным камнем на Восьмеричном Пути совершенствования. Для тех, кто начинает совершенствовать своё созерцательное познание шиль состоит из пяти правил (не убивать, не воровать, не допускать недолжного сексуального поведения, воздерживаться от лжи и грубости и употребления одурманивающих веществ), а для полностью рукоположенных монахов вырастает до 227.

В наше время безусловная приверженность какому-либо набору правил, неважно насколько точно и деликатно сформулированных, справедливо нарушает наше чувство автономии. Мы можем высоко ценить нравственные наставления, но хотим быть сами себе судьёй в последней инстанции. Я думаю, что мы действительно способны найти правильное решение в любой ситуации, разумеется в том случае, если нам удалось усмирить свои страсти.

Средневековая мистическая писательница Маргарита Поретанская была сожжена в 1310 году в Париже за ересь «свободного духа». Согласно преданию в свою защиту она процитировала слова святого Августина «Люби — и делай что пожелаешь». Тогда это не помогло ей избежать костра инквизиции. Она слишком опередила своё время полагая, что любовь к Богу может заменить церковные догматы и духовенство. В те времена церковники могли представить себе лишь хаос и разрушение в случае предоставления каждому свободы действия в соответствии со своим личным пониманием правды. В наше время, однако, моральные принципы не могут и не должны быть установлены извне. В каком то смысле все люди сейчас становятся еретиками свободного духа.

Вместо правил, человек практикующий медитацию может выработать определённое расположение духа или фундаментальное мироощущение, которое ведёт к добродетели. Главное внутреннее чувство для этого – смирение. Штайнер называет смирение вратами, через которые проходит дорога созерцания. Только таким путём мы можем освободиться от эгоизма и признать высокую ценность другого человека. Смирение ведёт на путь благоговения. Это не благоговение перед каким-либо человеком, но перед теми высокими понятиями (принципами), которые мы хотим воплотить в себе самих. Если наш дух наполнен смирением и благоговением, то он отринет эгоизм, являющийся первопричиной множества моральных ошибок и замешательств.

Каким образом мы может настроить себя на правильное расположение духа в начале каждого медитативного упражнения? Здесь нет общего рецепта. То, что работает с одним человеком, может не работать с другим. В Средние века самым надёжным способом считалась молитва. Тогда, как и часто теперь, люди стремящиеся к практике созерцательного познания произносили слова Священного Писания. Сейчас многие настолько неприемлют традиционные церковные обряды, что слова молитвы не могут взрастить в них чувства смирения и почтения. Некоторые люди приходят к должному мироощущению через глубокое восхищение и благоговение перед красотой природы, вызвав в памяти перед медитацией воспоминание об удивительном и загадочном ночном небе или благодатной родной реке.

В любом случае, возрастание и углубление в человеке смирения и благоговения – это путь к развитию его добродетели. А добродетель – единственно правильное нравственное основание для медитации. Каждое упражнение созерцательного познания должно пройти через врата смирения и следовать путём благоговения.

Profile

часы
pravdisto
Правдивые истории

Latest Month

April 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com